28 августа в Дагестане произошло преступление, которое может иметь серьезные последствия для общественно-политической ситуации в республике. В этот день в селе Чиркей Буйнакского района смертница взорвала себя и еще семерых человек, среди которых был известный духовный лидер шейх Саид Афанди.

Смертницей, совершившей теракт, была жительница дагестанской столицы Алла Сапрыкина. Бывшая актриса Русского театра Махачкалы, еще будучи студенткой Дагестанского госуниверситета, познакомилась с учившимся там же актерскому мастерству молодым человеком Муратом. Алла вышла замуж, приняла ислам и стала Аминат Курбановой. В 2009 году после убийства своего старшего брата, одного из лидеров боевиков-исламистов, Мурат Курбанов становится "амиром" Махачкалы и переходит на нелегальное положение. После того как первый муж Аминат будет убит в ходе спецоперации, она еще два раза выйдет замуж за боевиков. Основной ее"специализацией" в это время, по информации правоохранительных органов, становится вербовка молодых женщин.

Почему один из главных (если не главный) из духовных исламских авторитетов в Дагестане стал мишенью новообращенной мусульманки? Влияние Саида Афанди, шейха накшбандийского и шазилийского тарикатов, на мусульманскую общину Дагестана было огромно. В республике он имел десятки тысяч"мюридов", т.е. учеников и последователей. Мюриды находятся и в руководстве Духовного управления мусульман Дагестана (ДУМД), последователей учения шейха достаточно и среди чиновников самого высокого ранга. К словам Саида Афанди прислушивался, например, бывший первый заместитель республиканского правительства, а ныне депутат Госдумы Ризван Курбанов, фигура в дагестанской политике весомая.

Поэтому можно сказать, что руководство республики благосклонно относилось к шейху, который отвечал взаимностью. Саид Афанди не критиковал светскую власть, и даже поддерживал в своих проповедях руководство страны. Покойный шейх не был публичным человеком. Он не показывался на местных телеэкранах и практически все время проводил в своем доме в поселке Чиркей, где принимал паломников и многочисленных гостей.

Кому было выгодно убийство фактического главы приверженцев суфизма в Дагестане, имевшего если не теплые, то ровные отношения и с ДУМД, и со светскими руководителями Дагестана и РФ? Северокавказские боевики через свои сетевые ресурсы с неподдельной радостью сообщили об "уничтожении предводителя неверия в результате шахидской атаки".

Эта смерть, прежде всего, выгодна сторонникам срыва диалога между ваххабитами, которые предпочитают называть себя"салафитами" и представителями т.н."традиционного" ислама, в частности последователей суфийских тарикатов.

Противостояние между ДУМД и салафитами длится в Дагестане давно. Сторонники"чистого ислама", как себя позиционируют салафиты, раньше находились на полулегальном положении, но в последние годы принимают в свои ряды новых сторонников и активно пропагандируют свою позицию и видение ислама.

Чтобы снять имеющиеся разногласия и напряжение в обществе, в Дагестане за последний год прошло несколько встреч представителей разных исламских течений, где пытались договориться о мирном диалоге. Одним из тех, кто выступал за такой диалог, был и Саид Афанди. Надо заметить, что и сами салафиты после убийства шейха сделали осторожное заявление. В обращении организации"Ахлю-сунна" говорится, что они"выражают соболезнование родным и близким убитых, и высказывают мнение о необходимости продолжить внутриисламский диалог между салафитами и приверженцами тариката".

Непонятно, кто займет место главного идеолога"официального" ислама. В прошлом году в Дагестане был убит другой известный шейх, табасаранец Сиражудин Хурикский. Он считался самым влиятельным духовным лидером в Дагестане после Саида Афанди, особенно в Южном Дагестане.

Между Сиражудином Хурикским и ДУМД складывались непростые отношения. Управление предпринимало попытки укрепить свои позиции в Южном Дагестане, однако вмешался национальный фактор: большинство представителей ДУМД — аварцы, а жители Южного Дагестана – это в большинстве лезгины и табасаранцы.

О том, что вариант диалога устраивает не всех, в том числе в ДУМД, говорит, в частности, сенсационное заявление жены муфтия Дагестана Патимат Гамзатовой, опубликованное 2 сентября через проправительственное республиканское информагентство.

Как пишет Гамзатова, какое-то время"мы практически без сна и отдыха пытались наладить конструктивный диалог с теми, кто входит в ваххабитское течение в Дагестане; для этого мы активно использовали интернет, в частности социальные сети". На одной из последних встреч с шейхом, по словам Гамзатовой, он сказал ей:"Ты зря позволила ваххабитам делать журнал, они никогда не поменяют свою сущность". Потом якобы Саид Афанди добавил:"Скажи им, что я не забыл 99-й год".

Речь идет о событиях, спровоцировавших вторую чеченскую кампанию, когда на Дагестан напали банды международных террористов, и федеральными силами были разгромлены ваххабистские анклавы в селах Карамахи и Чабанмахи. При этом супруга муфтия в своей речи называет салафитов"ваххабитской сворой".

Естественно, опубликовать такое заявление на официальном ресурсе без соответствующего разрешения никто не позволил бы. Проверить реальность слов шейха тоже нет никакой возможности. Таким образом, приходится делать вывод, что переговорный процесс зашел в тупик, и можно с высокой вероятностью ожидать нового витка репрессий против ваххабитов или всевозможных провокаций.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

Ночью 29 июля в ингушском селении Галашки в частном жилом доме произошел взрыв, в результате которого погибли два человека. Погибших объявили боевиками, якобы не справившимися со сложным механизмом бомбы, которую намеревались где-то заложить. Этот инцидент со взрывом стал своеобразным индикатором, проверкой на прочность отношений глав двух братских субъектов Российской Федерации – Ингушетии и Чечни.

Обмен колкостями начался с выступления лидера Чечни Рамзана Кадырова, заявившего, что взрыв произошел не просто так, а в результате спланированных и хорошо продуманных действий чеченских силовиков по поимке и "уничтожению" чеченских же боевиков, которые, по словам Кадырова, находят приют и уют в домах Ингушетии.

Главе Ингушетии Юнус-беку Евкурову, который считает себя одним из лучших борцов с вооруженным подпольем, такие выводы не понравились. По мнению Евкурова, заслуга кадыровцев в "ликвидации" боевиков в Галашках весьма специфична: "Если под спецоперацией предполагается, что сотрудники правоохранительных органов Чечни приехали и забрали два трупа и одного раненого, то мы это подтверждаем, это соответствует действительности".

В ответ Кадыров обрушил на коллегу целый ворох обвинений, поминая его прошлые неоднозначные высказывания и пытаясь заглянуть в чечено-ингушское будущее. Но для начала сообщил, что Евкуров лично звонил в Чечню и предлагал преподнести СМИ операцию в Галашках как проведенную совместно с ингушскими силовиками.

По мнению чеченского руководителя, Евкуров слишком уж нянчится с боевиками, отказывается называть их "шайтанами", недостаточно активно борется не только с "предполагаемыми", но и настоящими "террористами". Кроме того, посещает семьи убитых боевиков, и даже выражает им соболезнования.

Не нравится Кадырову и подход ингушского главы к контролю над религиозными институтами. Не секрет, что глава Чечни видит себя в роли не только светского, но и религиозного лидера, и в этом качестве начинает активно экспортировать модель ислама по-чеченски в соседние регионы. Главная особенность этой модели – фактический контроль главы республики над придворным духовенством и искоренение инакомыслия в трактовках ислама. Евкурову ставится в упрек именно невмешательство в духовные дела, якобы он не оказывает необходимой поддержки духовенству, активно противостоящему распространению "ваххабизма".

Всякий, кто не придерживается официозной версии ислама в Чечне, Ингушетии и других северокавказских регионах, рискует быть нареченным "ваххабитом", а для силовых ведомств, этот термин зачастую представляется синонимом слов "боевик" и "экстремист". Даже если человек не замечен в подозрительных связях, и просто посещает "нетрадиционную" мечеть, ярлык "ваххабита" может сослужить ему дурную службу.

Исходя из собственного аргумента, что Евкуров – никудышный борец с бандитизмом и террором, а ингушские мюриды приезжают жаловаться на Евкурова в Чечню, Кадыров грозится "навести порядок" в Ингушетии собственноручно. У нас наслышаны о методах наведения порядка в Чечне. Уверен, уж ингушам они точно не по душе. Если уж на поверхность вылезают громкие слова о необходимости "сильной руки", недалеко и до рассуждений о переделе границ. "Мы ранее неоднократно говорили Евкурову, что в Галашках и других населенных пунктах находят приют особо опасные бандиты. Предлагали совместными усилиями уничтожить это осиное гнездо. Но, вместо принятия мер по их ликвидации, делались странные заявления о территориальности, о границе", - говорит в своей речи Кадыров.

Есть ощущение, будто он только и ждал момента, чтобы припомнить Евкурову его прежние высказывания о чеченских беженцах. В свое время, возможно, по неосторожности, Евкуров связал появление наркомании, проституции и "других болезней общества" с чеченцами, нашедшими убежище в Ингушетии.

И вот теперь, благодаря загадочной операции в Галашках, лидер Чечни решил, что может позволить себе по-новому взглянуть на карту Чечни и Ингушетии "строго в соответствии с законами РФ". Что в имеющейся сегодня границе "странного" и где она должна проходить, Кадыров, по понятным причинам, не уточняет, расставляя даже для самого подготовленного наблюдателя логические капканы: "Со всей ответственностью могу заявить, что ни одного квадратного метра ингушской земли не останется в пределах территории Чечни. Так мы отнесемся и к земле Чечни". Чем больше загадок и меньше ясности, тем сильнее страхи. В Ингушетии считают, что речь идет о Малгобекском и Сунженском районах.

Занятно, что в своей речи Кадыров не забывает апеллировать не только к законам РФ, но и к федеральной власти в лице президента Путина, чтоб уж совсем не выглядеть самодуром и единственно легитимным вершителем истории на современном Кавказе: "Руководство страны еще в 1999 году объявило войну терроризму, а Евкуров до сих пор считает, что те, кто убивает людей и совершает теракты, просто заблудшие молодые люди".

Если сравнивать с Чечней, в Ингушетии обстановка, пожалуй, более демократичная, хотя и в обеих республиках власти своими нередко неправомерными или ошибочными действиями создают благодатную почву для потенциальных боевиков. Как говорится, "лес рубят, щепки летят". Однако Евкуров старается идти на диалог с теми, кто, по тем или иным причинам, ходит в лес, а Кадыров предлагает не церемониться. Последние события, впрочем, свидетельствуют, что оба подхода не гарантируют никому спокойной жизни: в конце прошедшей недели на похоронах полицейского в Ингушетии от бомбы смертника погибли восемь человек, а в Чечне неизвестные расстреляли четверых омоновцев из Башкортостана.

Реакция Евкурова на выпады Кадырова была очень спокойной, мол, каждый по-своему наводит порядок в своем доме: "С боевиками необходимо беспощадно бороться, поэтому у Кадырова свои методы, а у меня свои". Не стал он вступать и в публичную полемику, сославшись на священный месяц Рамадан, в который Всевышний велел "прощать друг друга".

Рамадан уже закончился, и многие теперь ждут "адекватного" ответа от лидера Ингушетии. В ингушском обществе есть мнение, что Евкуров сделал правильно, отказавшись от словесной дуэли. Другие жаждут ответа на оскорбления со стороны соседа, и ставят под сомнения "братские" намерения Кадырова. Неминуемо на этом фоне появляются и агрессивные националистические высказывания. Очень сложно представить к каким последствиям между двумя братскими народами может привести такой раскол. Хочется надеяться, что простые ингуши и чеченцы поймут друг друга лучше, чем чиновники, ими правящие.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

В Чечне впервые за последнее десятилетие призвали новобранцев в российскую армию. Правда служить они будут только на территории республики и только в подразделении внутренних войск МВД, фактически подчиняющемся главе Чечни. Тем не менее, процесс призыва чеченцев в армию, можно сказать "пошел".

Как солдат срочной службы чеченцев в российскую армию не призывали уже давно. Последний полномасштабный призыв в Чечне датируется далеким 1992-м годом, когда Советский Союз вошел в решающую стадию своего распада. Во время первой чеченской формировались комендантские роты из числа местных жителей, а во вторую даже была предпринята попытка отправить чеченцев служить за пределы региона, в Московскую область.

Правда, широко разрекламированная СМИ кампания по призыву юношей из Чечни в ряды Вооруженных сил России закончилась некрасиво. Чеченцы постоянно вступали в конфликт со своими офицерами, отказывались выполнять требования командиров, не говоря уже о постоянных стычках с сослуживцами и, в конце концов, были тихо возвращены домой. На этом эксперименты с призывом новобранцев из Чечни, в принципе, закончились.

В то же время в самой Чечне в начале 2000-х создавались различные воинские формирования из числа местных жителей. Первоначально это были стрелковые роты при военных комендатурах, затем так называемые служба безопасности президента Чечни и республиканский антитеррористический центр. Причем на службу в СБ и АТЦ брали преимущественно бывших боевиков, которые сдались властям под гарантии отца и сына Кадыровых.

В системе минобороны России, в дислоцированной на территории Чечни мотострелковой дивизии были сформированы два батальона спецназа ГРУ "Запад" и "Восток". В 2006-м своими двумя батальонами спецназа обзавелось МВД России. Укомплектованные чеченцами "Север" и "Юг" были ничем иным как преобразованными бывшей службой безопасности президента Чечни и Антитеррористическим центром.

Естественно, что эти подразделения только формально подчиняются командованию внутренних войск МВД, а на самом деле, наряду с подразделениями правоохранительных органов Чечни, являются, своего рода, личной армией Кадырова. Пару лет назад командир батальона "Север" герой России Алибек Делимханов открыто заявил, что его подчиненные готовы исполнить любой приказ Рамзана Кадырова и сделают это чуть ли не в любой точке земного шара. В этих словах угадывалась и бравада, и желание угодить всесильному патрону, но, прежде всего, Делимханов открыто дал понять, кто для него является главным и кого он считает своим непосредственным начальником.

Теперь ряды кадыровских бойцов пополнились 150 новобранцами. Причем солдатами срочной службы, а не военнослужащими, проходящими службу по контракту, как было прежде. Отслужив в подразделении положенные 12 месяцев, они смогут остаться на контрактной службе, и не стоит сомневаться в том, что большинство из них предпочтет именно такой вариант.

В первую очередь потому, что молодежи в Чечне в принципе нечем себя занять. Рабочих мест нет, а для того, чтобы поступить в техникум или ВУЗ, нужны солидные средства, которых у большинства рядовых чеченцев просто-напросто нет. Так что служба, пусть даже в милицейских подразделениях, это выход из ситуации для очень и очень многих. Особенно сейчас, когда военным существенно повысили заработную плату и предусмотрели другие серьезные льготы.

Впрочем, военная служба в Чечне котировалась всегда. Не служить в армии во времена СССР даже считалось зазорным. Тем более при традиционной любви всех кавказцев к оружию, наградам и воинской славе. Сегодня желающих служить в армии тоже довольно много, но берут не всех и не всегда. В прошлом году, к примеру, чтобы попасть служить по контракту в одно из подразделений федеральных сил в Чечне, требовали взятку в размере 50 тысяч рублей. Понятное дело, находятся и те, кто готов заплатить деньги, потому что понесенные затраты окупятся уже через пару месяцев службы.

Понятно, что призыв 150 человек в республике, где призывной контингент составляет около 80 тысяч человек, это все равно, что капля в море. Однако, отдельные российские СМИ усмотрели в этой капле признаки подготовки Чечни к войне. 150 новобранцев никак не делают погоды, ведь только в МВД Чечни числятся до 18 тысяч человек. Да и служба во внутренних войсках, тем более на территории собственного региона, это далеко не служба в армии в привычном понимании.

Неясно здесь одно. Почему вдруг российское руководство решило все же привлечь на службу чеченцев? Воинский призыв в республике регулярно объявлялся каждые осень и весну на протяжении как минимум последних пяти – шести лет, но дело дальше постановки потенциальных новобранцев на учет в военкоматах не доходило. Более того буквально полтора месяца назад, анонимный собеседник из минобороны сообщил одному крупному информагентству, что в армии наложен негласный мораторий на призыв уроженцев северокавказских республик. Мера якобы направлена против кавказской дедовщины и неуставного национализма на срочной службе Отечеству.

Если "мораторий на кавказцев" в российской армии - не блеф, то получается, что мы имеем дело с очередным исключением для режима Кадырова со стороны российских властей. В осенний призыв планируется пополнить армейский контингент еще на 300 человек. Так как о задействовании чеченцев в воинских частях других регионов речь пока не идет, под вывеской призыва фактически осуществляется тщательный отбор в "личную гвардию" главы Чечни.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

В мае Рамзан Кадыров сделал то, о чем поговаривали уже пару месяцев, – взял и разогнал свое правительство, которым последние пять лет руководил двоюродный брат главы Чечни Одес Байсултанов. Ровно за неделю до события он категорически опровергал "провокационные слухи" о произведенной им отставке родственника со столь высокой должности и утверждал, что работой правительства он абсолютно доволен, а уважаемый Одес Хасаевич просто ушел в обычный отпуск. И это при том, что разговоры об очень жестком изгнании главы чеченского кабмина уже ходили по республике.

Интрига частично разрешилась 17 мая, когда Рамзан Кадыров проинформировал всех о том, что в полном составе отправил правительство республики в отставку. Опять же было подчеркнуто, что работой кабинета министров он доволен, но такое решение было принято в связи с тем, что в каких-то "новых условиях" перед Чечней стоят какие-то "новые задачи". Спустя пару дней было объявлено, что исполняющим обязанности председателя правительства Чечни назначен Иса Тумхаджиев, занимавший до этого пост вице-премьера правительства по социальному блоку. Далее Кадыров неожиданно подписывает указ о назначении председателем правительства Чечни совершенно другого человека, министра сельского хозяйства Абубакара Эдельгериева.

Вероятно, глава Чечни посчитал, что лучше иметь в премьерах своего односельчанина (Эдельгериев является выходцем из "кадыровского" села Центарой), чем назначать на эту должность "соседа" Тумхаджиева из расположенного рядом селения Аллерой. К тому же, Иса Тумхаджиев – родной сын министра автомобильных дорог республики Абубакара Тумхаджиева, и негоже, чтобы сын фактически командовал отцом, хотя опасность была скорее в том, что отец-министр мог оказывать на сына-премьер-министра даже более серьезное влияние, чем сам Рамзан Кадыров. Тем не менее, Иса Тумхаджиев обделенным властью не остался. Он назначен первым зампредом правительства.

Но самое интересное в вопросах формирования нового правительства Чечни заключается даже не в том, что Кадыров по привычке назначил на самую высокую должность своего односельчанина, а в том, что касается нового статуса кадыровской администрации. Он не только вывел администрацию главы и правительства Чечни из подчинения кабинета министров, но и наделил ее невиданными ранее полномочиями. При этом руководство администрацией возложено на одного из самых доверенных лиц Кадырова - Магомеда Даудова, бывшего "амира" ваххабитского джамаата и подчиненного Шамиля Басаева, а ныне Героя России, полковника полиции и экс-вице-премьера правительства по силовому блоку.

Парламент Чечни ради такой комбинации специально изменил законодательство о системе органов исполнительной власти республики. Теперь кандидатура руководителя администрации главы и правительства вносится не председателем кабинета министров, как прежде, а самим Кадыровым. Таким образом, администрация и ее руководитель подчинены лично самому Рамзану.

"Не будучи заместителем председателя правительства, он [Даудов] вместе с тем будет по должности входить в состав правительства и представлять в нем мои интересы. Проекты всех нормативных правовых актов, соглашений и распорядительных документов правительства Чеченской Республики предварительно должны быть согласованы с администрацией главы и правительства республики. Кроме этого, администрация будет выполнять ряд контрольных функций в отношении органов исполнительной власти. В целом, администрация, наряду с обеспечительными, будет осуществлять непосредственно административно-управленческие функции, и влиять на содержание принимаемых решений", - так обрисовал полномочия свой администрации сам Рамзан Кадыров.

Изгнание Одеса Байсултанова злые языки связывают с какими-то действиями в обход чеченского главы. В "команде Кадырова", где все и вся делается исключительно с ведома и одобрения самого Рамзана, такое самоволие не могло пройти без последствий, даже для двоюродного брата. Ни один чиновник, какое бы высокое кресло он не занимал, сегодня не сомневается в том, что малейшее недовольство его деятельностью Кадыровым, немедленно приведет к свержению с Олимпа чеченской власти. Что говорить о рядовых министрах, если постов лишают даже родственников?

Однако, Одес Байсултанов, потеряв позиции в самой Чечне, на прошлой неделе получил пост заместителя в аппарате полпреда Хлопонина. Лишив проштрафившегося кузена вольготной должности в Чечне, Кадыров, как полагают многие эксперты, за счет нового статуса Байсултанова получает дополнительный инструмент политического влияния не только в Чечне, но и на всем Северном Кавказе.

Похоже, не все спокойно в "чеченском королевстве", раз Рамзану Кадырову приходится назначать "смотрящего" за правительством, которое возглавляет доверенный человек и в которое входят исключительно лояльные главе республики министры. Ближайшее будущее покажет, насколько оправданы все чаще появляющиеся в последнее время в Чечне прогнозы о грядущей полной смене власти в республике и предстоящем переводе самого Рамзана на какую-то должность за пределами республики.

В этом случае его попытки сохранить за собой контроль над республикой путем создания надправительственных структур и только абсолютно преданных ему людей выглядят вполне обоснованными.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Неожиданное заявление московского адвоката чеченского происхождения Дагира Хасавова относительно необходимости срочного введения в России шариатских судов стало предметом жарких дискуссий в последующие недели. Сейчас Хасавову грозит лишение адвокатского статуса, а сам он намерен подать в суд на телеканал РЕН ТВ, считая, что его просто "подставили".

24-го апреля в интервью каналу РЕН ТВ Хасавов в непривычно жесткой форме заявил о необходимости введения в России шариатских судов. "Мы у себя дома и будем устанавливать те правила, которые нас устраивают. Любые попытки изменить это обернутся кровью", - говорилось в выдержке из интервью адвоката, которую привел телеканал.

Заявление прозвучало провокационно. Чеченские власти, включая главу республики, депутатов Госдумы и председателя Духовного управления мусульман Чечни, тут же назвали выступление Хасавова провокацией и, как заявил Рамзан Кадыров, "слабо прикрытой попыткой представить ислам в негативном свете, вызвать в адрес религии и мусульман России поток критики и даже ненависти".

Вполне понятно, почему именно чеченские верхи жестко отреагировали на заявление Хасавова. Во-первых, Дагир Хасавов является уроженцем Чечни. Достаточно посмотреть на многочисленные комментарии по скандальному поводу, где имя Хасавова связывают исключительно с Чечней, а его называют не иначе, как "чеченским адвокатом". Во-вторых, чеченские власти денно и нощно пытаются пропагандировать свою версию ислама в целом и шариата в частности, и "конкурент" в этой области в лице московского адвоката им совершенно не нужен.

Надо сказать, что в самой Чечне отношение к шариату и нормам исламского законодательства довольно специфическое. О шариате или о тех же адатах (правовые нормы в чеченской традиции) у нас больше говорят, нежели следуют им. Попытки подменить светские законы нормами шариата предпринимались в свое время руководством Ичкерии, но они вылились в палочные наказания для употребляющих алкоголь и привели к расстрелам нескольких человек, обвиняемых в совершении убийств в центре Грозного.

Нынешние чеченские власти к шариату относятся с определенной долей осторожности. Из всего того, что включают в себя мусульманское законодательство и чеченские адаты, распространены лишь нормы, разрешающие многоженство (сам Рамзан Кадыров неоднократно заявлял, что ислам разрешает иметь четырех жен и фактически поощрял полигамию), расправы над женщинами за внебрачные связи (так называемые "убийства чести") и обычай кровной мести. Впрочем, и последний в Чечне объявлен как бы пережитком прошлого и в прошлом году руководство объявило о примирении всех кровников и закрытии этого вопроса в принципе.

С другой стороны, руководство Чечни, на словах ратующее за шариат и проводящее политику условной умеренной исламизации, совершает немало поступков, которые ислам считает совершенно недопустимыми и которые к тому же идут вразрез с чеченскими адатами. Например, присвоение мечетям имен отца, брата и матери действующего главы республики. Или обвешивание улиц городов и сел огромными билбордами и баннерами с изображениями Ахмата и Рамзана Кадыровых, не говоря уже о постоянной рекламе и саморекламе, проводимой главой Чечни.

Если в самой сегодняшней Чечне отсутствуют реальные шариатские суды, то почему вдруг солидный, вполне себе светский московский адвокат, имеющий определенную репутацию и известность, вдруг решился поднять эту тему в Москве и развернуть ее до масштабов всей страны? Зачем ему вообще понадобилось это делать?

По крайней мере, реакция в самой Чечне свидетельствует о том, что интервью юриста в передаче РЕН ТВ многие восприняли не только как антироссийское, но и как античеченское.

Вспомним, как ичкерийские власти в период между двумя военными кампаниями дискредитировали шариатское право прямо в центре Грозного на глазах многотысячной толпы, устраивая публичные расстрелы людей. Вряд ли в Высшей школе МВД СССР (которую, кстати, в свою время окончил Хасавов), преподавали основы шариата. Однако многие тогдашние высокопоставленные лидеры Ичкерии были бывшими сотрудниками МВД СССР.

Несколько фраз адвоката и офицера милиции в отставке (обдуманные или необдуманные, вырезанные из контекста или нет) вновь дискредитировали в глазах подавляющей части российской общественности само понятие шариатских судов.

Реакция на интервью, показанное РЕН ТВ, в итоге заставила Дагира Хасавова срочно уехать за границу. Нужно отметить, что в качестве места временного обитания он выбрал не мусульманскую страну с развитой системой шариатского судопроизводства, за которые он ратовал (если не Судан, то хотя бы Катар, Саудовскую Аравию или Кувейт), а одно из европейских государств.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Частный предприниматель – работа в наше время довольно тяжелая и хлопотная. Тем более в Чечне, где едва ли не каждый чиновник и сотрудник надзорных органов воспринимает предпринимателей не иначе как источник своих постоянных, причем немалых, доходов. С недавних пор для чеченских предпринимателей наступили совсем тяжелые времена.

Начиная с 19-го марта, в Чечне развернулась масштабная кампания по проверке объектов частного предпринимательства. Инициатором проверок, как обычно, выступил глава республики Рамзан Кадыров. Основной причиной, побудившей власти пойти на такой шаг, как было объявлено, стало то, что владельцы многих частных магазинов, кафе и иных объектов предпринимательства работают с нарушениями норм трудового законодательства, уклоняются от уплаты налогов и тому подобное.

И вот, через две недели после начала проверок власти сообщили, что только в городе Грозном пришлось временно приостановить деятельность более 1500 объектов частного предпринимательства, из 3394 подвергшихся проверкам. Чтобы вновь вернуться к своим делам, предпринимателям, как утверждается, достаточно только "устранить выявленные недочеты", что около 500 человек уже, якобы, и сделали.

На деле же, очередная проверочная кампания обернулась банальным вымогательством денег у владельцев магазинов, складов, кафе и других объектов. Поводы же для временного закрытия объектов проверяющие находили оригинальные, как например, отсутствие у продавца доверенности от владельца на право торговли в своем магазине.

За "устранением недочетов" же следует понимать уплату взятки проверяющим, для скорейшего решения проблем, созданных предпринимателю теми самыми проверяющими. А суммы фигурируют довольно серьезные – от 50 тысяч рублей на окраинах и до 150 тысяч, если временно закрытый объект расположен в центральной части Грозного.

Но и это еще полбеды. Обложенных непосильной для многих данью предпринимателей обязали теперь еще ежемесячно выкладывать по десять тысяч рублей. Это помимо всех налогов, оплаты коммунальных услуг и прочих сопутствующих факторов для всех тех, кто имеет свой бизнес в Чечне. Если каждый из около трех с половиной тысяч частных предпринимателей работающих в Грозном будет ежемесячно выплачивать по десять тысяч рублей, то получится солидная сумма. А если обложение коснется и всех 40 с лишним тысяч объектов частного предпринимательства, которые вроде бы действуют в Чечне, то тогда о бюджете республики вообще можно будет не беспокоиться.

Невиданная доселе активность властей Чечни, направленная на проверки-перепроверки объектов бизнеса, ревизия земель сельскохозяйственного назначения, которые ранее были переданы под застройку частным лицам и организациям, вызывает у многих в республике недоумение, смешанное с непониманием. Но объяснение всему этому рядовые граждане нашли без особого труда. Вроде как, республиканская казна несколько опустела ввиду проведенных в марте выборов президента России, тяжб с изгнанными из Чечни без оплаты многомиллионных долгов турецкими фирмами и иными расходами, которые действующая власть понесла в последние месяцы. А как наше руководство любит сорить деньгами – рассказывать особо не надо...

Вот и изобретают в высоких начальственных кабинетах новые методы пополнения оскудевших денежных запасов, пусть и примитивным, но зато безотказным и проверенным способом – за счет населения. Помнится, был на Руси некий князь, который, получив со своих подданных крупную дань, вознамерился получить ее повторно. Правда, закончилась эта попытка весьма плачевно для него самого и его, как сегодня модно говорить, "команды".

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Ну, вот и завершились "главные выборы страны", как их теперь принято называть в Чечне. И, конечно же, Чеченская Республика, как всегда, оказалась впереди планеты всей с фантастическими цифрами участвовавших и поддержавших КОГО НАДО избирателей.

С учетом того, что последние 12 лет Чечня на выборах всех уровней и референдумах выдает 90-процентные результаты, было вполне логично предполагать, что и в этот раз все "будет путем". Но объявленные цифры превзошли все ожидания. Никаким советским генсекам и прочим вождям народов чеченский рекорд 99, 61 процента участвовавших и 99, 72 процента, поддержавших одного кандидата граждан, даже и не снился.

Народ на эти выборы, если верить нашему ЦИКу, валил целыми аулами, министерствами, заводами и фабриками, единодушно отмечая в избирательных бюллетенях одну единственную фамилию - Путин. Не беда, что личность нынешнего премьер-министра и старого нового президента России у большинства чеченцев вызывает далеко не лучшие чувства, особенно если вспомнить его обещания "мочить в сортире", требования предъявить "адреса, пароли и явки" тех, кто стал жертвами бесчисленных "зачисток" и прочих карательных акций в начале 2000-х и всем остальном.
Главное, что победившего кандидата беззаветно любит нынешняя чеченская элита во главе с Рамзаном Кадыровым, который уже объявил Путина своим кумиром, святым и постоянно клянется, что готов в любую минуту отдать свою жизнь за "национального лидера".

Невиданный результат выборов в Чечне злые языки объясняют тем, что уже 3 марта на избирательных участках в республике были готовы полностью заполненные урны с голосами в поддержку Владимира Владимировича, а те прозрачные урны, которые каждый желающий мог лицезреть, благодаря установленным на УИКах веб-камерам, были всего лишь театральным реквизитом.

Пенсионеров в Чечне сгоняли на выборы, пугая прекратить выплачивать пенсии, рабочих - угрожая не выплатить зарплату, студентов - не допуском к экзаменам и зачетам. В общем, ко всем и каждому был найден свой индивидуальный подход, поэтому на избирательных участках в Чечне и был такой ажиотаж. Но даже здесь власть хорошенько подстраховалась. Кто знает, а вдруг согнанные на голосование люди могли по злобе своей поставить галочку против фамилии кого-то из других четырех кандидатов.

Достаточно просмотреть видеозаписи того, как проходили выборы в Чечне и, скажем, в Ростовской области, чтобы все понять. На участках в Чечне люди постоянно толпились в помещениях, где шли выборы, и перед самими урнами, в то время как в других местах время от времени поток голосующих иссякал. Если бы веб-камеры были установлены не в помещениях для голосования, а на зданиях или прилегающих к избирательным участкам территориях, то они запечатлели бы много интересных вещей. Например, как из подъезжающих микроавтобусов выгружаются группы людей, которые чуть ли не строем идут на участок. И как затем, после проведенного голосования, они так же коллективно грузятся в машины и следуют на другой участок.

Вообще 4 марта практически вся Чечня была превращена в одну огромную "карусель". В принудительном голосовании вынуждены были участвовать все - начиная от студентов и заканчивая пенсионерами. Потому что главной задачей, поставленной руководством республики, было обеспечить присутствие как можно большего количества людей на избирательных участках, чтобы их могли запечатлеть веб-камеры.

И на выполнение этой задачи были брошены все силы и средства. Принять участие в выборах президента страны призывали даже в школах, где в дневниках учеников писали обращения к родителям с призывом прийти на голосование. В мечетях, где муллы, обычно, призывают своих прихожан говорить исключительно на тему религии и не вести никаких светских бесед, звучали слова о том, что не прийти на выборы - большой грех. Чеченские чиновники, как говорят, с утра и до восьми вечера находились на своих рабочих местах, несмотря на выходной день, и также активно участвовали в выборной "карусели".

Если верить данным чеченского избиркома, абсолютное большинство коммунистов, жириновцев, мироновцев и прохоровцев, вернее тех жителей Чечни, кто состоит в указанных партиях, поддержали почему-то не своего кандидата, а Владимира Путина. Так, по уточненным сведениям ЦИК Чечни на прошедших выборах президента России за Владимира Путина проголосовали 99, 76 процента граждан, то есть 611 тысяч 578 человек из 613 с небольшим тысяч чеченских избирателей. Геннадий Зюганов получил только 0,03 процента голосов, то есть за него проголосовало всего лишь 180 человек; Владимир Жириновский – 0,02 процента (140 человек), Сергей Миронов- 0,03 процента (165 голосов) и Михаил Прохоров – 0, 02 процента (129 голосов в его поддержку). При таком раскладе руководители партий должны были бы задуматься над вопросом содержания в Чечне своих  региональных отделений. Зачем иметь в регионе партийное отделение, от которого уже не первый год нет в принципе никакого толку?

Умом невозможно понять не только Россию, но и Чечню. И хотя глава республики не скрывал своей радости по поводу такого "убедительного результата", как тут не вспомнить старую русскую поговорку о не слишком умном человеке, которого научили молиться…

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

В преддверии дня рождения пророка Мухаммеда, который в Чечне Рамзана Кадырова отмечается с особым размахом, в республике разгорелся очередной ажиотаж вокруг импортированных исламских реликвий. В Чечню из Турции были доставлены три волоса Пророка. Еще один волос прибыл неделю назад из Узбекистана. Осенью прошлого года из Англии была привезена чаша Мухаммеда, которой более 1400 лет, а местные власти и духовенство дали понять, что не намерены на этом останавливаться и попробуют добыть еще что-нибудь, что принадлежало последнему из Пророков.

Чечня при Кадырове не только строится и отстраивается, как к примеру центр Грозного, но со временем может стать местом, где будут собраны исламские реликвии. Похоже, работа в этом направлении будет продолжена, и жители Чечни скоро станут свидетелями очередного действа, под названием "получение руководством Чечни исламских святынь".

Первый волос Пророка (мир ему), также как раньше его чаша, был доставлен в Чечню с большой помпой. Местное телевидение несколько дней показывало многокилометровый кортеж дорогих иномарок с чеченскими и российскими флагами, двигавшийся из аэропорта в центр Грозного,  а затем и в родовое селение главы Чечни. Шестилетнего сына Кадырова, который в сопровождении двух мулл несет шкатулку с волосом. И самого Рамзана, рыдающего с капсулой в руках в окружении духовенства и своих приближенных.

Картина была довольно впечатляющей, особенно кадры, на которых седовласые старцы и муллы с плачем пытались прикоснуться к капсуле, в которой находился волос. В Чечне вообще-то мужчинам считается зазорным не то что плакать, но даже как-то выражать свои эмоции на людях. А тут – целая толпа мужчин под предводительством самого главы республики в прямом эфире рыдают над шкатулкой. Какое должно быть огромное потрясение испытывали участники этого мероприятия, раз не могли сдержать своих слез, сопровождавшихся всхлипываниями и возгласами "Такбир!" и "Аллаху акбар!".

Чеченские богословы поспешили объявить волос прокрока Мухаммеда, также как ранее и его чашу – "святынями ислама". Но с этим утверждением вряд ли можно согласиться. Во-первых, есть немало вопросов относительно того, каким образом волос из Узбекистана и чаша Пророка попали в Чечню. Подарены ли они потомками курейшитов и безвозмездно переданы на вечное хранение в Чечню, или же были просто перекуплены чеченскими властями?

Есть ли достоверные доказательства того, что именно этот волос и именно эта чаша когда-то принадлежали Мухаммеду? И наконец, почему только сейчас эти реликвии решено было передать Чеченской Республике? Почему именно чеченцам доверили их хранить, а не передали, например, в Саудовскую Аравию?

Конечно же, руководство Чечни активно пытается представить эти два события чуть ли не достижением всего исламского мира. Игра на религиозных чувствах верующих всегда приносила и будет приносить плоды. Будь это хоть времена Инквизиции, хоть реалии XXI века. А уж в Чечне, особенно если учитывать наивность и доверчивость чеченцев, их склонность к мистицизму и вере в различные предсказания, манипулировать общественным мнением достаточно легко. Тем более если для этого есть соответствующие ресурсы.

Но если подойти к вопросу исключительно с позиции религии то, как уверяют некоторые муллы, поклонение вещам или чему-либо, пусть даже принадлежавшему самому Пророку, явно противоречит нормам ислама. Это можно расценивать даже как элемент язычества. Ислам, в отличие от христианства, не знает таких понятий как "мощи святых", "святые иконы" и тому подобное.

В мире есть всего несколько признанных святынь мусульман, например, мечеть Аль-Акса в Иерусалиме. Ни о каких волосах, предметах одежды или быта, объявленных "святынями" мусульман раньше никто не слышал. Это сделано только сейчас и только чеченским духовенством. И от этого древние реликвии не станут "святынями" ислама.

Довольно оригинально интерпретирует появление этих предметов в Чечне один мой хороший знакомый: "Властям нашим просто нечего сегодня предложить народу. Грозный как бы восстановлен, строятся какие-то курорты, спорткомплексы и прочее, но жизнь людей лучше не становится. Нет работы, а тем, кому посчастливилось трудоустроиться, зарплат не выдают месяцами. Поэтому и нашли они, руководители, оригинальный выход. Раз нет хлеба – дадим народу хотя бы зрелищ. Да еще под религиозным соусом. Вот и все".

Почему-то мне сразу вспомнились бессмертные слова главного героя "Двенадцати стульев": "Почем опиум для народа?" А действительно – почем?

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Через две недели после этого во Владикавказе с таким же успехом прошло выступление Тамары Гвердцители, которая сначала не хотела приезжать, мотивируя это тем, что время не совсем подходящее. Председатель грузинского общества  "Эртоба" Роберт Цинделиани сам лично решил провести переговоры с певицей. Он специально вылетел в столицу России и сказал ей, что грузины, проживающие в Северной Осетии, настоятельно просят ее приехать и выступить с концертом. Певица согласилась.

В 2009 году подобного рода переговоры с другим известным российским исполнителем, которые опять же проводили не организаторы концертов, как обычно бывает, а представители грузинской общины, провалились. Валерий Меладзе, который раньше был частым гостем во Владикавказе, после августа 2008 года больше там не появлялся. Дело, как говорится, хозяйское.

Незадолго до известных событий Сосо Павлиашвили во время своего осетинского гастрольного турне заявил: "Здесь мои земляки чувствуют себя хорошо, и за это хочется сказать отдельное спасибо всем жителям Северной Осетии, а так же руководству республики". Влияние грузинских традиций в этой республике так же велико, как и в Южной Осетии. Многие северные осетины зачастую с трудом могут разобрать слова, произнесенные на кударском, то есть юго-осетинском диалекте, хотя язык, как бы родной. Но вот такие грузинские слова как "рогорахар", то есть "как дела?", "пъули"- "деньги" и другие, схватываются здесь на лету и понимаются с ходу. Грузины в Северной Осетии никогда не считали себя обделенными, тем более что много было смешанных браков. Только после августа 2008-го была закрыта на реконструкцию грузинская школа, находящаяся в самом сердце Владикавказа. А еще раньше, в начале девяностых, когда к власти в Грузии пришел Гамсахурдиа, многие грузины стали чувствовать себя неловко и уехали на свою историческую родину.

Главная проблема местных грузин сейчас - наладить тесные и дружественные отношения с самой Грузией; занимается этими вопросами все-то же грузинское общество "Эртоба". Однако реакция нынешних грузинских властей не всегда бывает адекватной. Достаточно привести один пример. Каждый год 9 мая проводятся встречи грузинских и осетинских ветеранов. В этот день из Тбилиси во Владикавказ едут, как правило, участники ВОВ, чтобы возложить цветы к памятникам, обменяться впечатлениями, вспомнить Сталина и выпить боевые сто грамм, но в этом году такая встреча не состоялась. Ветераны РСО-А (Республика Северная Осетия - Алания), а это и осетины, и грузины, и русские, напрасно прождали у подножия Крестового перевала делегацию ветеранов из Тбилиси. Они не приехали, хотя до этого им звонили по телефону и они ответили, что непременно приедут. Потом и телефоны отключили, и даже были заблокированы электронные адреса всех ветеранских организаций Грузии. Все поняли, что без посторонней "помощи" не обошлось.

После таких, мягко говоря, неловких моментов те грузины, которые продолжают благополучно жить в РСО-А и особенно те из них, которые все еще желают вернуться в Грузию, задумываются над тем, стоит ли вообще это делать. Многие из тех, кто уехал туда из Северной Осетии в начале девяностых годов, жалеют об этом. По эту сторону Большого Кавказского хребта им нравилось больше. Менталитет, наверное, более подходящий. Грузины в РСО-А впитали в себя осетинскую культуру, быт, традиции. Их всегда здесь хорошо понимали, принимали с радушием, любили, а они, в свою очередь, щедро делились радостью, приходили на помощь, если в этом была необходимость. Короче говоря, были неотъемлемой частью общественно-политической жизни Северной Осетии.

События августа 2008 года существенным образом не повлияли на данное обстоятельство. Однако грузинскую школу во Владикавказе закрыли, но объяснили это тем, что здание старое и нуждается в капитальном ремонте. На самом деле здание почти снесли. Призывы закрыть ее были услышаны после того, как стало известно о том, что в Грузии были закрыты все осетинские школы. Каков привет, таков и ответ. Так подумали в РСО-А, а голоса тех недовольных грузин, которых возмутило сие обстоятельство, в расчет просто не принимались. Надо сказать, что многие жители РСО-А с одобрением восприняли известие о закрытии грузинской школы, а учителя, в свою очередь, говорили о том, что для многих учащихся это станет настоящей трагедией, потому что некоторые грузинские дети, которые там обучались, не владели основами русской письменной и устной речи.

Грузины, проживающие в РСО-А, почти все знают осетинский язык и общаются на нем свободно, а русский для них как родной, однако во главу угла они все же ставят свои традиции и свой язык, и никто их в этих правах  (во всяком случае, на территории РСО-А), не ущемляет. Живым примером этого может служить поселок Балта, расположенный на Военно-Грузинской дороге, почти на границе с Грузией. Из Владикавказа туда можно добраться за сорок минут, а проживают там в основном грузины, которые ежегодно с большим размахом отмечают национальные грузинские праздники. Балта - это небольшая частица Грузии в Северной Осетии, где есть все, что нужно грузинской душе. Главное - там есть ощущение того, что она, любимая родина, совсем рядом, можно сказать через дорогу. Надо видеть глаза жителей этого поселка, которые горят искрами счастья при виде гостя, говорящего на их родном языке.

Именно в Балта родился и вырос католикос Илия Второй, который сейчас стоит во главе грузинской церкви. В советское время, когда между Россией и Грузией не было границы, покойников хоронили на кладбище, которое сейчас осталось на той стороне пограничной заставы. До недавнего времени, пока Грузия не ввела безвизовый режим для жителей Северного Кавказа, грузину из поселка Балта, чтобы посетить могилу предков, необходимо было обратиться за визой в грузинское посольство, которое расположено в Швейцарии. При этом не факт, что визу обязательно дадут. Вот и стояли некоторые могилы неухоженными.  И смотрели грузины из Северной Осетии, через границу, с грустью на тени своих забытых предков.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Для Камалова не существовало табу, если факты говорили о нарушении закона чиновниками любого ранга. Он не раз отмечал, что правоохранительные органы республики работают неэффективно, причем это были не голословные популистские заявления. Говоря о своих убитых коллегах, Хаджимурад упоминал, что в Дагестане практически не осталось настоящих следователей-профессионалов, которым по силам раскрывать подобные преступления.

Журналистов газеты не раз пытались обвинить в экстремизме, на них неоднократно заводили уголовные дела. Но суд всякий раз выносил сотрудникам "Черновика" оправдательный приговор.

Убийца поджидал Камалова в четверг поздно вечером. В этот день "Черновик" сдавался в печать, и Хаджимурад задержался на работе допоздна. Своему водителю он поручил отвезти кальку со свежим номером в типографию, а сам вышел на улицу, чтобы поймать такси.

Киллер подошел к стоявшему возле дороги журналисту и хладнокровно начал стрелять. Даже в этот момент Камалов попытался схватить убийцу, ему удалось повалить киллера на землю, но силы были неравны.

Кто убил популярного в Дагестане журналиста, и, главное — кто являлся заказчиком, предстоит выяснить следствию. Но, как полагают коллеги Камалова, шансов на раскрытие преступления практически нет. За последние годы в республике убиты 14 журналистов, и ни одно преступление до сих пор не раскрыто.

Хаджимурада хоронили в пятницу, в святой для мусульман день. Из мечети друзья, родственники и близкие журналиста на руках, сменяя друг друга, понесли его на кладбище, расположенное на окраине Махачкалы. Путь предстоял неблизкий — около десяти километров. И все это время траурная процессия, которая насчитывала несколько тысяч человек, молчаливо шла по центральным улицам столицы Дагестана. Полицейские не мешали шествию, наоборот, помогли оперативно освободить от автомобилей городские улицы. Лишь на несколько минут колонна приостановилась возле редакции "Черновика", который стал вторым домом Хаджимурада.

Прохожие, оказавшиеся свидетелями многочисленной траурной процессии, порой спрашивали - "Что случилось?". Узнав, что хоронят популярного журналиста, никто не возмущался, а некоторые присоединялись к шедшим на кладбище.

Удивительно было наблюдать, что смерть Камалова объединила всех. Плечом к плечу шли в одной колонне представители традиционного ислама, салафиты, атеисты, чиновники, люди всех возрастов и социальных слоев.

Кому была выгодна смерть Хаджимурада Камалова? Этот вопрос задают себе многие. Вместе с общеизвестными фразами, наподобие "дестабилизации обстановки в республике" среди обывателей гуляют самые фантастические версии. Уже создано несколько комиссий по расследованию преступления, силовикам поручено "рыть землю".

Но хватит ли возможностей у дагестанских правоохранителей объективно и с должным рвением расследовать убийство? А если следы приведут "не туда, куда надо"? В связи с этим главный редактор "Черновика" Биякай Магомедов предложил обратиться к властям страны с предложением создать для расследования специальную засекреченную группу, куда войдут лучшие оперативники России.

Если справедливость не будет восстановлена, смерть Хаджимурада Камалова может поставить крест на независимой журналистике в Дагестане... А пока дагестанские журналисты задаются вопросом: "Кто следующий"?

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

5-го декабря, наутро после выборов депутатов Госдумы России, в Москве произошло довольно неординарное событие. Трое неизвестных мужчин возложили к памятнику бывшему главе Чечни Ахмату Кадырову две свиные головы, и спокойно ушли.

Это происшествие, которые некоторые СМИ поспешили назвать актом вандализма (хотя уголовное дело по факту было возбуждено только по статье "хулиганство"), отражает реальное отношение большинства российских обывателей не только к Кадыровым (старшему и младшему), но и к путинской системе власти, которая возвела в свое время  бывшего духовного лидера Ичкерии и его одиозного сына на должности первых лиц Чеченской Республики.

Ведь чем, по большому счету, известен Ахмат Кадыров? Тем, что во время первой военной кампании в республике объявил джихад (священную войну) России и открыто призывал каждого чеченца убить по 150 русских, чтобы, как он считал, решить проблему независимости Ичкерии. Это сейчас в Чечне, где непомерно раздули культ личности обоих Кадыровых, бывшего руководителя называют человеком, спасшим чеченский народ, ушедшим непобежденным (хотя непонятно, кто, зачем и как собирался его побеждать), лидером, который вместе с Путиным отстоял целостность России, и так далее и тому подобное.

Две свиные головы, которыми Ахмата Кадырова "удостоили" то ли хулиганы, то ли националисты, то ли экстремисты, весьма символичны. Кадыров-старший, пожалуй, служит редчайшим в истории примером политического игрока, воевавшего сначала на одной стороне (за независимость Чечни, удостоившись высшей награды непризнанной Ичкерии – "Честь нации"), а перейдя затем на сторону врага, получившего высшую награду России – звание Героя. Значит, по одной свиной голове за каждый из орденов.

Сегодня можно только гадать, кто именно стоял за этой акцией. Недовольных происходящим в Чечне очень и очень много. Тот же лозунг "Хватит кормить Кавказ!", в первую очередь, относится именно к Чечне, которую премьер Путин заваливает деньгами, чтобы у сверхлояльного к нему Рамзана Кадырова было чем удивлять народ и мир: новыми "потемкинскими деревнями", такими как "Грозный-Сити", "Гудермес-Сити", "Аргун-Сити", огромными спорткомплексами, горнолыжными курортами… И всем остальным, абсолютно не нужным большинству населения Чечни.

Это могли сделать как русские националисты, так и сочувствующие боевикам проживающие в Москве чеченцы. Свинья, как известно, считается в исламе нечистым животным, которого мусульмане не имеют права употреблять в пищу. И те, кто возложил две свиные головы к кадыровскому памятнику, прекрасно были осведомлены об этом. Причем, этот акт нельзя расценивать как проявление негативного отношения к мусульманам, как это пытались представить некоторые чеченские СМИ, называя произошедшее в Москве актом вандализма и попыткой дискредитации российских властей. Если бы преследовалась такая цель, то головы подбросили бы, к примеру, в одну из московских мечетей.

В данном конкретном случае речь идет просто о негативном отношении ко всему, что связано с именем Кадырова. И скорее всего Кадырова-младшего. Кто-то явно желает донести до главы Чечни, что ни основательная реконструкция улицы в Южном Бутово, носящей имя Ахмата Кадырова (на которую чеченские власти, кстати, истратили в свое время не один десяток миллионов рублей), ни выделение средств проживающим на ней ветеранам, ни постоянно демонстрируемая любовь к России, а вернее – к Кремлю, ни все прочее, что придумывает глава Чечни для укрепления своего старательно создаваемого имиджа "российского государственника", в глазах части россиян не делают его таковым.

Совсем по другому к Кадырову относится Кремль. Премьер-министр Путин, посетивший на днях Чечню, заявил, что только многомиллиардные вливания в Северный Кавказ спасают Россию от новой "братоубийственной войны". Тем самым Путин ясно дал понять, что российская власть намерена и дальше "кормить Кавказ", а значит, не в последнюю очередь, и Рамзана Кадырова. И никакие митинги националистов и примкнувших к ним известных блогеров никак не помешают дальнейшему финансированию - за видимость мира и стабильности на Кавказе, приходится платить постоянно.

Такова "награда" российской власти главе Чечни за лояльность. Другую же "награду" он получил в виде свиных голов у памятника своему отцу. Это просто необыкновенное свинство, оказывать такое неуважение героям России Ахмату и Рамзану Кадыровым.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

 

Надо сказать, что в Чечне выборы, как обычно, прошли "на ура". Власть заранее побеспокоилась о том, чтобы избиратели в день выборов могли совместить приятное с полезным (первое для граждан, а второе – для руководства республики), и направила на участки артистов, певцов, ансамбли и творческие коллективы. Чтобы праздничное настроение у людей создать.

Перед этим в борьбу за избирателей вступил и муфтият. В мечетях республики читали проповеди о том, что участие в выборах является не просто обязанностью каждого мусульманина, но и весьма богоугодным делом. А еще Кадыров, мягко говоря, подверг серьезной критике тех, кто в выборах не участвует и обозвал их обидными словами. Плюс к этому еще и агитационные плакаты "ЕдРа" на улицах.

К голосованию власти Чечни подготовились основательно, так что причин пойти на выборы у населения было сразу несколько – исполнить свой гражданский долг (для патриотов и ответственных граждан), совершить богоугодное дело (для верующих), окунуться в атмосферу праздника (для любителей культурного времяпровождения). Ну а партийные, естественно, должны были непременно проголосовать.

В итоге Чечня выдала совершенно беспрецедентный результат – почти стопроцентная явка и 99,5% поддержки "Единой России". Я тут подумал, если "едроссов" поддержали почти 608 тысяч избирателей, как только что сообщил наш ЦИК, а остальные шесть партий, начиная от "справедливороссов", коммунистов и жириновцев, всего чуть больше 2300 человек, это же каким доверием народа надо обладать партии, которую, если я не ошибаюсь, создал "лучший друг чеченского народа" Борис Абрамович Березовский в далеком 1999-ом году. Такое никакой КПСС не снилось.

Конечно, избирком не зафиксировал никаких нарушений в ходе прошедших выборов. И руководители остальных "пролетевших" на выборах партий хранят скромное молчание, делая вид, что все "было путем", а народ в едином порыве голосовал за "Единую Р". Председатель чеченского избиркома уже объяснил небывалый успех нынешних выборов  "тщательной работой с населением". Успех партии власти чиновники объясняют и харизматичностью лидера регионального отделения "ЕдРа" в Чечне – Рамзана Кадырова, и тем, что в ней состоит "наш национальный лидер В.В. Путин", и тем, что "Единая Россия" является "партией реальных дел" и так далее и тому подобное.

На этом жизнерадостном фоне, как-то скучно и нелепо выглядят высказывания недовольных. Медики, например, жаловались на то, что их принудили пойти на выборы, под угрозой применения штрафных санкций (500 рублей с каждого не явившегося на голосование) и вынесения выговора; преподаватели школ – что их обязали в течение всего дня сидеть на избирательных участках в своих школах, изображая при необходимости пришедших на голосование граждан; отдельные общественники уверяли, что на некоторых избирательных участках практически не было избирателей, хотя уже к полудню там отчитывались о преодолении порога в 50%.

Главное – выборы в Чечне состоялись! Неважно, что в них "участвовали" и те, кто решил в тот день вообще не выходить из дома, и те – кто 4 декабря попал в больницу, выехал за пределы республики по делам, кто был на похоронах и так далее. Вероятно, в некоторых случаях у нас "голосовали" даже мертвые – те, кто скончался за несколько дней до выборов, но был в списках избирателей. Чуть ли не стопроцентная явка избирателей говорит о том, то в этих выборах, вероятно, участвовали и боевики, пусть их всего несколько десятков, как считает Рамзан Кадыров, или несколько сотен, как полагают российские военные. А что? Они ведь тоже граждане Российской Федерации и до вынесения приговора суда обладают всеми гражданскими правами, коими наделены все остальные жители страны. Так что порог в 99,5% поддержавших на выборах одну партию в Чечне – еще не предел. Скоро будет и стопроцентная, а "если надо" то и еще большая явка.

Кто сказал, что "Демократия – худший вид правления, не считая остальных"? Кажется сэр Уинстон Черчилль, бывший премьер-министр Великобритании. Он глубоко ошибался. Хуже демократии есть еще игры в демократию. Сегодня мы наблюдаем и участвуем в этих играх. И, судя по всему, они продлятся в России, а значит и в Чечне, еще как минимум ближайшие 12 лет.

Совместно с интернет-СМИ "Кавказский узел"

"5 октября" давно прошло, но след от него продолжается расходиться, словно круги на воде. СМИ Германии сообщают, что балетная труппа немецкого телеканала MDR решила перечислить свой гонорар за выступление в Грозном 5 октября организации "Репортеры без границ".

В те дни я гулял по центрального рынку Грозного – и со всех сторон до меня доносились звуки скрипки всемирно известного виртуоза Ванессы Мэй. Это крутили запись концерта, который прошел 5 октября на набережной Сунжи. Те, кому не удалось посмотреть его вживую или в прямом эфире (а потом и в записи по местному ТВ), могли за 50 рублей купить DVD с записью и насладиться просмотром в домашней обстановке. Судя по тому, на скольких точках продажи дисков я видел кадры с этого концерта, востребованность записи концерта была совсем не слабой.

Для тех, кто не совсем понимает, о чем я говорю, вкратце поясню – существует в нашем обществе потребность в шоу. Записи с концертов в театрально-концертных залах республики на точках продажи дисков успешно конкурируют со свежими фильмами от голливудских продюсеров. Впрочем, их теснят записи с "крутых" свадеб – где состав певцов-исполнителей бывает порой не менее звездным, чем на ином концерте. Оговорюсь, под "звездами" я имею в виду местных исполнителей.

Так что концерт от 5 октября раскупался не менее быстро, нежели диски со свежими "крутыми" свадьбами.

И хотя я не поклонник подобного рода зрелищ, на концерте 5 октября не был, а в телевизоре посмотрел едва ли половину его, но общий восторг по поводу приезда в нашу республику мировых кумиров разных лет и вкусов вполне разделял. Ван Дамм, Ванесса Мэй, Сергей Безруков. Разве можно было представить лет 10 назад их присутствие в полуразбитом Грозном, да еще на фоне многоэтажных высоток? Никогда в жизни, даже в самом прекрасном сне. А двадцать лет назад, когда все было благополучно, а Ван Дамм был кумиром подростков определенного сорта? То же самое.

Конечно, есть две точки зрения, обе из которых мне высказали два моих товарища. Один назвал этот концерт "мероприятием для "своих", другой – зрелищем-событием для всего народа. И оба были правы. Вживую концерт наблюдало ограниченное количество участников, но думаю, абсолютно все жители Чечни смотрели видео – кто-то с огромного экрана на площади, кто-то – по телевизору, сидя дома в кресле или на диване.

Лично я, кстати, вполне принимаю аргументы второго из моих товарищей – того, который говорил, что ограничение количества зрителей на концерте объяснялось соображениями безопасности. Конечно, мишенью террористов чаще всего становятся силовики-милиционеры, но где гарантия, что очередное их "исполнение" окажется точечным, и не пострадают мирные люди? Так что лучше выслушивать недовольные высказывания тех, кто не смог вживую насладиться чудесными звуками скрипки знаменитой китаянки, чем плач и проклятья людей, чьи родственники могли погибнуть во время теракта.

Уже после концерта я много читал едких, саркастических, но довольно однотипных высказываний в прессе о том, что День города в Чечне 5 октября "неожиданно совпал" с днем рождения Кадырова. Да, в Чечне и в прежние годы тоже все говорили, что этот праздник придуман, как прикрытие дня рождения президента республики. Но в этом году мне показалось, что для многих жителей Чечни это было уже неважно, поскольку отмечали не какие-то "дни", а вполне конкретные вещи, как-то: открытие проспекта и Грозный-сити.

Собственно, я и очень многие мои знакомые не называли этот день Днем города. Мы называли его "праздник 5 октября".
Я хорошо помню наш, тогда еще детский восторг (мы были школьниками) в 80-х, когда на месте нынешнего "Грозный-сити" строилась 16-ка. Мы с друзьями даже как-то забрались на крышу, чтобы посмотреть на город с высоты птичьего полета. Сегодня мы, уже далеко не юноши, с удовольствием залезли бы на 45-й этаж с этой же целью.

И потому мне, как и многим в Чечне, совсем не понравилась реакция голливудской актрисы Хилари Суонк, заявившей, что она была не в курсе того, перед кем ей пришлось выступать, и что она сожалеет об этом и намерена отказаться от гонорара. Если она такая уж сознательная, то где она была лет десять назад, когда в Чечне массово нарушались права человека? Почему тогда не вняла призывам многочисленных "хьюман райтс" организаций и не выступила с призывом против войны в Чечне?

"Кому-то не нравится, что Кадыров – деспот, или что в Чечне недостает демократии? Пусть поживут в разбитом городе, где свет выключается ночь, вздрагивая от каждого шороха. И только этот ваш "деспот" сумел избавить людей от этого ужаса ", - говорит мне житель Грозного, когда я интересуюсь его реакций на заявление голливудской дивы.

Своим заявлением Хилари Суонк фактически плюнула в лицо всем нам. И потому мне гораздо более симпатичен чернокожий британец Сил, заявивший, что пел для народа Чечни. Он не стал изображать из себя борца за мир во всем мире, просто попросив отстать от него с политическими играми.

Прошло то время, когда слово "правозащитник" вызывало в Чечне исключительно положительные эмоции. Долгие годы жители республики были благодарны этим людям. Но после их непонятных заявлений это чувство начало притупляться. "Ощущение, что их не устраивает то, что мы нормально живем и празднуем", - сказал мне один знакомый.

Несколько лет назад один мой товарищ собрался в Пятигорск, звал меня за компанию. "Зачем едешь?" - спросил я. "Пистолет хочу купить травматический, - пояснил он. – Разрешение взял, теперь оружие нужно". "Неужели у нас не продается, что нужно ехать за 300 километров?" – удивился я. "Таких нет. А я хочу "Стечкин". Он больше и круче". "И сколько он будет стоить?" "Сорок пять тысяч".

Я поразился. Отдать полторы тысячи долларов за игрушку, которая стреляет резиновыми пульками? "Лучше купи домой телевизор", - посоветовал я, поскольку знал, что мой товарищ живет без этого нужного в каждом доме предмета.

Он отмахнулся, дескать, успею, пистолет важнее. "И зачем он тебе? - спросил я. – Ты же не собираешься ни от кого отстреливаться". "Для солидности, - пояснил он. – Приду в учреждение, там увидят, что у меня на поясе пистолет, поймут, что я не простой человек, и отношение будет совсем иное".

Вот такой или примерно такой разговор произошел у нас пару лет назад. Товарищ мой приобрел-таки вожделенный "Стечкин", и пару раз я видел его с ним за поясом. Потом перестал видеть – видимо, пистолет не оправдал возложенных на него надежд. Конкуренция, так сказать, высока - учитывая дефицит травматических "Стечкиных" в оружейных магазинах Чечни и Дагестана. Слишком большое количество солидных людей ходит по нашим улицам, пуская ими пыль в глаза. И, наверное, встретив на улице человека, за пояс которого заткнут длинный ствол, не один я не буду уверен – боевой ли это пистолет или травматический?

Впрочем, прокуратура Чеченской Республики думает немного иначе, и не доверять ей у меня нет оснований. Так, силовики сообщают, что МВД по республике закрепило боевое оружие за рядом чиновников вопреки требованиям законодательства о государственной защите, а также, что боевое оружие подчас выдавалось руководителям коммерческих организаций, что "повышало риски его утери, а также неправомерного использования".

Подробностей нет, кроме того, что известно о вынесении девяти протестов на незаконные приказы о выдаче оружия. Во всех случаях прокуратура требует его изъятия.

Короче. Если верить прокуратуре, то какое-то количество из стволов за поясами у жителей Чечни – боевое и "неправомерное". Правда, они говорят о чиновниках в основной массе и крупных бизнесменах. Так что, думаю, те чиновники и предприниматели, что владеют подобными "стволами", по улицам, если и перемещаются, то точно не пешком.

Нет, я помню время, когда оружие было необходимым – и прежде всего, именно этим чиновникам. В начале 2000-х пистолет был не предметом престижа (хотя и им тоже), но и действительным средством защиты. Тогда никакая прокуратура не смогла бы заявить, что "достаточных данных, свидетельствующих о реальности угрозы их безопасности, не имелось".

Сегодня времена иные. Грозный – давно не военный город. Необходимость в оружии отпала, но мода осталась. Даже не мода, а целый стиль жизни. Крутая машина – иномарка, или на худой конец, белая "Приора", "Стечкин" на боку (обычно "травмат") – вот образец для подражания части молодежи.

Собственно, у этой моды более глубокие корни, нежели чиновничья мода нулевых. Можно вспомнить и рынок оружия в центре Грозного, что функционировал здесь в 90-е. Пистолеты, автоматы, гранаты на нем можно было купить совершенно свободно. Но, конечно, ничего такого, о чем любят живописать чеченофобы, там не было. Ни размаха, ни богатства ассортимента не наблюдались. Большие сделки, если и совершались, то не в открытую.

Я помню попытки тогдашних руководителей загнать эту вольницу в рамки. Оружие у гражданских, что носили их в открытую, пытались изымать. Но кто отдаст свое, купленное за кровные? Да еще и непонятным людям из самозваных военизированных структур, в отношении которых нет никакого доверия – а не пойдут ли они сразу после изъятия на рынок, чтобы сбыть там этот ствол? Кто проверит самих проверяющих?

Можно припомнить и более ранние годы – начало 90-х, когда на улицах Грозного впервые появился человек с оружием – автоматом или пистолетом. То оружие было с военных складов, оставленных после выхода федеральных войск из Чеченской Республики. Однако и это не предел.

Говорят, что в чеченском обществе тяга к оружию историческая. Я не историк, кроме того, не жил сто лет назад, могу доверять только логике, но никак не отсутствующей памяти. Да, наверное, учитывая, что чеченцы за последние несколько столетий пережили массу войн, можно в это верить – оружие было не просто признаком солидности, но и предметом первой необходимости. Хотя, если послушать историков, то они расскажут, как горцы в начале XX века мечтали не абы о чем, а о "Маузерах" - больших и солидных.

Иначе говоря, мода на оружие в чеченском обществе формировалась не вопреки, а благодаря обстоятельствам – слишком часто здесь лилась кровь и шли войны. Значит, и уйти она должна не с концом сезона, а тогда, когда изменятся эти самые обстоятельства. Причем, изменятся прочно и основательно, уйдя не просто из жизни и быта, но даже из памяти.